1. Космический аппарат OSIRIS-REx пролетел над поверхностью астероида Бенну на рекордно маленькой высоте 125 м. Операция проводилась в рамках подготовки к отбору образца грунта с астероида, которая должна состояться в августе. Во время следующей репетиции OSIRIS-REx коснется поверхности Бенну.

Собранные во время сближения данные, включая фотографии, пока не были обработаны, но предварительный анализ показывает, что запланированные задачи выполнены успешно.

2. Запуск лунной посадочной станции компании Intuitive Machines перенесен на осень 2021 года.

В следующем году на Луну должны отправиться две частные американские посадочные станции, которые были профинансированы НАСА по программе CLPS (Commercial Lunar Payload Services). Peregrine компании Astrobotic отправится в космос в июне 2021 года в первом пуске новой ракеты-носителя «Вулкан» компании ULA. Аппарат доставит в Озеро Смерти на Луне до 14 приборов НАСА.

Техасская компания Intuitive Machines также намерена запустить свою посадочную станцию Nova-C в 2021 году. Ранее этот запуск был запланирован на июль, но в пресс-релизе от 13 апреля компания сообщила, что он перенесен на октябрь 2021 года. Также было уточнено место посадки: Nova-C приземлится в Долине Шретера в Океане Бурь. Для посадки аппарата по снимкам научного спутника Луны LRO была выбрана ровная 200-метровая площадка.

Космическая лента

Обсудить

 

Как бы ни менялась американская пилотируемая программа на перспективу следующих лет, уже сейчас можно утверждать, что она будет в той или иной степени связана с Луной. Уже несколько лет НАСА прорабатывает концепцию окололунной орбитальной станции Gateway («Ворота», или Gateway to Mars – «Ворота на Марс»), которая изначально носила еще более странное название Lunar Orbital Platform – Gateway («Лунная орбитальная платформа – Ворота»).

Еще год назад казалось, что станция Gateway заменит МКС в качестве основного пилотируемого (пусть и посещаемого) объекта в космосе. НАСА успело привлечь к проекту нескольких зарубежных партнеров, включая Японию и Канаду. Впрочем, схема сотрудничества не была скопирована с МКС в чистом виде. Концептуально, МКС является российско-американской станцией, которая состоит из двух равноправных сегментов. Остальные партнеры летают на станцию по американской квоте, их модули относятся к американскому сегменту. Именно схему американского сегмента НАСА решило взять за основу при разработке Gateway, т. е. это будет национальная космическая станция США. Роскосмос не захотел перейти в статус подчиненного партнера НАСА, и переговоры с ним зашли в тупик.

Сейчас будущее Gateway видится не таким ясным, как еще несколько месяцев назад. Под давлением лоббистов и бюджетных ограничений НАСА отказалось от использования станции в качестве перевалочного пункта в экспедиции на поверхность Луны в 2024 году – миссии «Артемида-3». Это означает, что постройка Gateway вряд ли начнется до 2025 года. А с учетом того, что после высадки на Луну политические задачи программы «Артемида» будут решены, можно опасаться, что ее и вовсе свернут, даже если этого не произойдет раньше, со сменой хозяина в Белом доме.

Сотрудничество НАСА и Роскосмоса по программе МКС было непростым. У обеих сторон накопилось много раздражения и претензий друг к другу. Обязательное согласование всех работ существенно осложнило эксплуатацию станции и добавило уйму бюрократической работы.

На первый взгляд кажется немыслимым, чтобы НАСА по своей воле вновь «залезло» в такие отношения с кем бы то ни было. Однако нынешние проблемы проекта Gateway напоминают нам, что у партнерства Роскосмоса/НАСА по программе МКС были и плюсы. Международные обязательства удержали проект на плаву даже в самый тяжелый период 2014-2017 годов. Сейчас отношения между агентствами охладели, но МКС ничего не угрожает. С другой стороны, партнерство по «зависимой» схеме не дает такого эффекта: НАСА легко меняет планы на станцию Gateway, и партнерам остается лишь мириться с этим.

Может ли НАСА ради закрепления лунной программы снова пойти на партнерство с другим агентством? Это маловероятно, но не абсолютно невозможно. Вопрос о том, кто может стать достаточно сильным партнером для НАСА, тоже не имеет очевидного ответа. Европа привыкла к ведомому статусу в отношениях с США и не может выделить достаточно средств для постройки окололунной станции. Остаются Китай и Россия.

Китайская космонавтика имеет высокую репутацию. Аварии у них редки, лунные исследовательские станции работают успешно, есть собственные космические корабли, на подходе – долговременная низкоорбитальная станция. А вот у Роскосмоса репутация плачевная. Частые аварии и общая неэффективность привели к потере доли рынка, автоматических межпланетных станций нет, российский сегмент МКС так и не достроен 2020 году, хотя по первоначальным планам предполагалось, что уже в 2015 году станция завершит свою работу и будет затоплена.

Однако репутация агентств в обывательском представлении не обязательно отражает реальность. На руку репутации Китая играет его закрытость. Аналогичным образом в США существовали преувеличенные представления о возможностях советской космонавтики в прошлом веке.

Вопреки репутации, в последний раз Китай завершил календарный год без аварий ракет-носителей пять лет назад. В 2019 году у него было две аварии, а с начала 2020 года – уже две. Когда Китай только анонсировал создание многомодульной космической станции, ожидалось, что запуск первого модуля состоится в 2018 году. Сейчас это событие запланировано на 2021 год. Лунная программа Китая развивается успешно, но станции «Чанъэ» работают не идеально.

Репутация Роскосмоса, наоборот, хуже, чем его реальное состояние. Мы привыкли судить о космических агентствах по успехам в научно-исследовательских миссиях, но Россия ими, по сути, не занимается. Роскосмос решает военные и прикладные задачи, причем, по большей части, справляется с ними, а ресурсы на всё остальное выделяются по остаточному принципу. Россия с 2013 года не может запустить к МКС модуль «Наука», и этот пример не только позорный, но и очень показательный, ведь модуль давно готов. Отказаться от подключения топливной системы «Науки» к топливной системе МКС можно было сразу, и модуль был бы запущен в 2014 году. Однако Роскосмосу потребовалось шесть лет, чтобы принять это решение. Его возможности ограничивает управленческая импотенция, а не технологическая.

Можно возразить: не так важно, по каким причинам Россия не может достроить МКС, если результат от этого не меняется. Это не совсем так, и тут примером нам послужит «Экзомарс». НПО им. Лавочкина десятилетиями не может сделать простейшую лунную посадочную станцию «Луна-Глоб», но под давлением международных обязательств десантный модуль для Марса – пусть и с существенными оговорками – был построен. Не Роскосмос несет ответственность за перенос миссии на 2022 год. Но Европейскому космическому агентству прощаются те ошибки, которые ни за что не простили бы Роскосмосу. И это вновь напоминает нам о том, что репутация последнего – не очень объективный критерий.

Кроме того, в мире есть еще одно космическое агентство, которое сталкивается с управленческими трудностями. Это НАСА. Посмеиваясь над ПТК НП (он же «Федерация», он же «Орел»), давайте не будем забывать, что разработка корабля «Орион» началась еще раньше, но он тоже не летает. Ракета SLS – невероятно дорогая и неэффективная. Ее первый полет должен был состояться в 2017 году, а теперь, вполне возможно, сдвинется на 2022. Но отказаться от нее НАСА не может, ведь закрыть проект и обосновать растрату гигантских средств будет сложно, да и людей оставить без работы нельзя. Ровно по тем же причинам Роскосмос продолжает «тащить» разработку «Ангары».

Есть две причины, по которым НАСА, будь принято такое решение, согласилось бы скорее сотрудничать с Роскосмосом, чем с Китаем по программе Gateway. Во-первых, как ни странно, это все еще опыт. У Роскосмоса есть огромный опыт постройки космических станций и организации жизни в космосе. РКК «Энергия» знает, что делает, тогда как Китай учится на ходу и может столкнуться с множеством детских болезней. Во-вторых, Роскосмос хоть и неприятный партнер, но знакомый. От него известно чего можно ожидать, а при необходимости – на него понятно как надавить. О Китае этого не скажешь.

Конечно, этого не достаточно, чтобы НАСА хотя бы задумалось об объединении усилий с Роскосмосом. Для начала последнему надо продемонстрировать, что он действительно превосходит свою репутацию, успешно запустив хотя бы модуль «Наука», а в идеале – еще и совершенно новый научно-энергетический модуль. Кроме того, руководитель Роскосмоса должен понимать, что он командует не деревенским футбольным клубом. Эта должность выдвигает определенные требования к поведению, и некоторые публичные высказывания на ней категорически недопустимы.

Космическая лента

Обсудить

Я слежу за космонавтикой не первый год. Многие читатели, наверное, тоже. За такое время наши интересы неизбежно искажаются. По мере углубления в подробности вещи, которые казались скучными, обретают смысл. Мало кто начал читать новости космонавтики ради изучения деталей госпрограммы «Космическая деятельность России», но вот она уже на столе. Появляются статьи об экономических перспективах отрасли, затем идет пересчет аварий и споры о том, засчитывать конкретную ситуацию как аварию ракеты или нет. Дальше – обязательные едкие комментарии на каждую глупость, сказанную Рогозиным, и, наконец, венцом списка становится грандиозная специальная олимпиада для старшеклассников «Роскосмос против SpaceX».

Но космонавтика – это не обувная промышленность и не производство стиральных машин. Многие об этом забыли, даже в руководстве отрасли – особенно в руководстве, – но ведь космонавтика с первых дней своего существования привлекает к себе одним: эта отрасль служит изучению и освоению космоса, а не просто производит машины. Люди хотят увидеть дальние звезды, хотят увидеть другие планеты, а еще больше хотят там побывать. Остальное – ерунда, важная только узкоспециализированным экспертам и политизированным подросткам, для которых новости о Роскосмосе – просто еще один повод поспорить о политике.

Сегодня подходящий день, чтобы вспомнить о том, за что мы любим космонавтику. С праздником!

Космическая лента

Обсудить

 

8 апреля американское космическое агентство подвело итого второго конкурса на доставку научных и технологических экспериментов на Луну по программе CLPS (Commercial Lunar Payload Services).

Первый этап распределения контрактов CLPS состоялся 31 мая 2019 года. Заказы на запуск малых автоматических станций на Луну получили три компании. OrbitBeyond (позднее отказалась от участия), Astrobotic и Intuitive Machines. Astrobotic планирует запустить свой посадочный аппарат Peregrine в июне 2021 года на ракете-носителе Atlas V в качестве попутной нагрузки. Посадка запланирована на июль. Аппарат доставит в Озеро Смерти на Луне до 14 приборов НАСА, за что Astrobotic получит $79,5 млн. Техасская компания Intuitive Machines намерена запустить свою посадочную станцию Nova-C в июле 2021 года на ракете Falcon 9. Посадка на Луну в Океане Бурь или Море Ясности состоится через 6,5 суток. Аппарат будет нести четыре научных прибора. Сумма контракта – $77 млн.

Во втором раунде CLPS распределялся контракт на запуск автоматической станции на южный полюс Луны в 2022 году стоимостью $75,9 млн. В конкурсе победила компания из Калифорнии Masten Space Systems с проектом демонстрационного посадочного аппарата XL-1. Аппарат доставит на поверхность Луны в интересах НАСА восемь приборов и малый луноход общей массой 80 кг. Отличительной особенностью лунохода, масса которого составит менее 14 кг, станет способность передвигаться быстро и на значительное расстояние по поверхности Луны.

Запуск XL-1 запланирован на декабрь 2022 года.

$75 млн не достаточно, чтобы целиком окупить разработку и запуск лунной станции. Как и в других случаях, предполагается, что НАСА станет якорным, но не единственным заказчиком. По словам исполнительного директора Masten Space Шона Махони, общая масса полезной нагрузки XL-1 составит «сотни» килограммов. Помимо НАСА интерес к аппарату проявили ВВС и Космические силы США. Сейчас разработка XL-1 приближается к этапу защиты предварительного проекта (PDR).

Ракета-носитель для запуска XL-1 пока не выбрана, но, скорее всего, лунный аппарат выступит основной полезной нагрузкой в запуске.

Выбор южного полюса в качестве места посадки не является случайным. В прошлом автоматические и пилотируемые космический аппараты выполняли посадки на Луну вблизи экватора, но, по данным многих исследований, водяной лед на Луне сконцентрирован в районе полюсов. В перспективе, именно около южного полюса будут сосредоточены основные исследования Луны. В следующем году там должна состояться посадка индийской станции «Чандраян-3», которая в случае успеха станет первым аппаратом, работающим на южном полюсе. На конец 2021 года запланирован запуск российской станции «Луна-25» («Луна-Глоб»), однако о каком-то прогрессе в ее разработке НПО им. Лавочкина уже давно не сообщает. В 2022 году мы ожидаем запуск XL-1 компании Masten Space, а в 2023 – запуск американского тяжелого лунохода VIPER. Наконец, местом работы американской пилотируемой экспедиции «Артемида-3» также станет южный полюс.

Ссылка: nasa.gov

Обсудить

 

В 1967 году государства, заинтересованные в полетах в космос, подписали «Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела», известный просто как «Договор о космосе». Этот документ был основан на нескольких более ранних резолюциях ООН, но именно он, по сути, положил начало космическому праву. Согласно договору, космическое пространство является закрытым для любого оружия массового поражения. Небесные тела нельзя использовать для создания военных баз и испытаний оружия. Суверенитет государств распространяется только на непосредственно запущенные ими космические объекты, но не на небесные тела. В то же время, использование ресурсов, извлеченных из недр этих тел, не запрещено.

Этот договор был подписан и ратифицирован большинством стран, входящих в ООН.

В 1979 году в ООН было разработано «Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах». В рамках этого документа провозглашается, что ресурсы Луны и других небесных тел являются достоянием всего человечества и не могут быть присвоены государством или частной компанией. Ни одна страна, способная запускать космические аппараты в космос, не ратифицировала это соглашение.

6 апреля президент США Дональд Трамп подписал указ в поддержку коммерческого освоения ресурсов на Луне и других небесных телах. В нем подчеркивается тот факт, что США отказываются считать ресурсы Луны и других небесных тел достоянием человечества и стремятся к распространению этого подхода в других государствах. Также указ призывает НАСА и другие государственные структуры к государственно-частному партнерству при изучении и освоении Луны.

Поскольку США не подписали «Соглашение о деятельности на Луне», указ Трампа ничего не меняет в их политике. Более того, в 2015 году в США был принят Закон о конкуренции в области коммерческих космических запусков (Commercial Space Launch Competitiveness Act), который разрешал коммерческую добычу ресурсов в космосе.

Практического значения указ Трампа иметь не будет. Конечно, НАСА рассматривает возможность создать инфраструктуру для добычи льда на Луне, чтобы затем использовать его для снабжения пилотируемых экспедиций на поверхности Луны и для снабжения топливом гипотетической марсианской экспедиции. Однако никакие дополнительные изменения в законодательстве для этого не нужны: в «Договоре о космосе» 1967 года прямо прописано разрешение на добычу ресурсов, если они будут использоваться для обслуживания научно-исследовательской деятельности. И можно было бы предположить, что НАСА привлечет частные компании к добыче ресурсов на Луне, покрыв часть их расходов, вот только пока нам не известно о наличии там ресурсов, которые имели бы коммерческую ценность на Земле. А добыча ресурсов на астероидах остается делом не самого близкого будущего.

Таким образом, указ Трампа следует воспринимать как простую декларацию, очередное напоминание бизнесу об официальной позиции американского государства. Но российский МИД и Роскосмос отнеслись к этому документу иначе: дошло даже до сравнения действий США с действиями страны-агрессора, ведущей захватническую войну. По всей видимости, заместитель гендиректора Роскосмоса Сергей Савельев, не понимая смысл формулировок и юридическое значение указа, отреагировал таким эмоциональным образом на фразу об отказе США признать космос совместным достоянием.

Как и Соединенные Штаты, СССР тоже не стал подписывать соглашение 1979 года, и, следовательно, СССР и Россия никогда официально не признавали космическое пространство общим достоянием человечества. Несмотря на это, начиная с программы «Союз-Аполлон» в мире сложилось особое отношение к космосу как к пространству международного сотрудничества, а не конкуренции. И хотя никто не взял на себя обязательство отказаться от притязаний на Луну, Марс и их недра, на практике никто и не пытался этого сделать. Можно сказать, что такому миролюбию в немалой мере поспособствовало отсутствие возможности осваивать Луну, но, как показала американская программа «Аполлон», в условиях конкуренции возможность быстро появляется.

В 1970-х годах Советский Союз и США пришли к пониманию того, что противостояние в космосе станет для них слишком тяжелой ношей, и потому решили ограничить свой конфликт планетарными рамками – для обоих государств в этом был смысл. Сейчас же ситуация совершенно иная. Ни Россия, ни Китай не могут конкурировать с США, которые тратят на космонавтику больше, чем все остальные страны вместе взятые (на США приходится 58% мирового космического бюджета по итогам 2019 года). Выступая за приватизацию лунных ресурсов, США понимают, что станут основным бенефициаром этого процесса – если он все-таки начнется. Остальные страны в этом не заинтересованы, и потому выступают против.

На первый взгляд кажется, что США решили выйти за пределы сложившихся этических рамок ради собственных национальных интересов, тогда как Россия выступает с высокоморальной позиции. В действительности же в обоих случаях во главе угла стоят национальные интересы.

Космическая лента

Обсудить

 

В начале марта американская компания Firefly Aerospace, известная по проекту сверхлегкой ракеты Firefly Alpha, подала заявку на участие в программе НАСА по коммерческой доставке научных и технологических экспериментов на Луну CLPS – Commercial Lunar Payload Services. Уже в следующем году на Луну должны будут впервые отправиться две частные посадочные станции, профинансированные НАСА: Peregrine компании Astrobotic и Nova-C компании Intuitive Machines. Помимо них в программе CLPS участвуют еще 12 компаний, включая SpaceX, Blue Origin, Sierra Nevada, Lockheed Martin и др.

4 марта 2020 года НАСА начало прием заявок на доставку грузов на Луну в 2022 году, и на этот раз местом посадки должен будет стать южный полюс Луны. Победители конкурса должны быть названы в начале апреля.

Firefly Aerospace предлагает НАСА лунный посадочный аппарат Genesis, основанный на проекте частного израильского аппарата Beresheet («Берешит»). Beresheet – проект команды SpaceIL, ранее участвовавшей в конкурсе Google Lunar X-PRIZE. Работы были проспонсированы израильскими и американскими бизнесменами, а сам аппарат построен корпорацией Israel Aerospace Industries (IAI). Beresheet запустили в космос 22 февраля 2019 года. Он стал первым частным спутником, достигшим орбиты Луны, однако при посадке на Луну аппарат разбился из-за программной ошибки.

Genesis от Firefly Aerospace не является точной копией Beresheet. Головным подрядчиком по производству космического аппарата останется израильская IAI. Масса полезной нагрузки аппарата будет увеличена до 85 кг. Также Genesis получит посадочный двигатель AR1 американской компании Aerojet Rocketdyne, о чем было объявлено в прошлом году. Окончательная сборка аппарата будет проводиться в США, поскольку это является одним из требований участия в программе CLPS.

Если Firefly Aerospace получит контракт НАСА, то Genesis будет запущен в 2022 году в качестве попутной нагрузки вместе со спутником, выводящимся на геопереходную орбиту. В будущем Firefly Aerospace надеется перенести запуски на свою перспективную ракету-носитель Firefly Beta грузоподъемностью 4 т на НОО.

Ссылка: spaceflightnow.com

Обсудить

 

С начала 2020 года Центр им. Хруничева активно готовит Многофункциональный лабораторный модуль «Наука» к отправке на космодром Байконур. Об этом ранее заявляли глава Центра Алексей Варочко и гендиректор Роскосмоса Дмитрий Рогозин. Однако активная подготовка – понятие растяжимое, и вместе с ней растягиваются сроки завершения работ.

Во второй половине 2019 года были проведены испытания шести оригинальных топливных баков модуля «Наука». В феврале 2020 года специалисты завершили монтаж трубопроводов и провели опрессовку магистралей низкого давления и одного контура высокого давления. Согласно графику, в конце февраля должны были состояться испытания МЛМ в барокамере, а отправка модуля на Байконур планировалась 19 марта. Выдержать этот график не удалось: 17 марта агентство ТАСС сообщило, что модуль будет готов к отправке только через несколько недель «из-за продолжающихся комплексных проверок». Источник ТАСС отметил, что задержка никак не связана с эпидемией коронавируса.

Новая информация о модуле «Наука» появилась 31 марта. По данным ТАСС, автономные испытания двигательной установки МЛМ еще не завершены. Только после них модуль пройдет пневмовакуумные испытания и будет готов к отправке на Байконур.

2 апреля Дмитрий Рогозин провел удаленное совещание с руководителями Центра им. Хруничева. По итогам обсуждения он сообщил в своем твиттере, что испытания МЛМ продолжаются непрерывно, и «специалисты надеются закончить работу в мае». После этого модуль будет отправлен на космодром, где пройдут завершающие электроиспытания. Все операции на космодроме займут не менее 6-7 месяцев, а потому запуск сдвигается на начало 2021 года.

Дмитрий Рогозин назвал две причины задержек. Во-первых, по результатам испытаний неких «приборов» возникли замечания, которые необходимо устранить. Нельзя сказать наверняка, идет ли речь о двигательной установке, о которой писал ТАСС 31 марта, или ее испытания проходят параллельно с решением других проблем. Вторая причина, названная Рогозиным – сокращение персонала из-за пандемии COVID-19. Однако стоит учитывать, что меры, связанные с сокращением персонала, были приняты только с текущей недели. Они объясняют замедление работ в будущем, но не предыдущие задержки. Кроме того, ранее Рогозин использовал эту же отговорку для объяснения причин переноса миссии «Экзомарс» на 2022 год, хотя в том случае влияние эпидемии не играло решающей роли.

Космическая лента

Обсудить